Лучшие парки мира

Гайд-парк, Лондон. Крупнейший парк британской столицы граничит с Кенсингтоном, Мэйфэйром и Ноттинг-Хиллом — не удивительно, что по утрам здесь бегают исключительно приличные люди: сплошь мэры, пэры и сэры. Самая знаменитая точка — Speakers’ Corner, где каждый день ведутся громкие политические дебаты.

Центральный парк, Нью-Йорк. «Зеленые легкие Манхэттена» — место действия каждого без исключения нью-йоркского фильма — от комедий Вуди Ал-лена до «Кинг-Конга» и «Секса в большом городе». Сказка наяву здесь тоже не редкость: скажем, ангел Victoria’s Secret в ве-лосипедках на утренней растяжке.

Тиргартен, Берлин. Тридцать пять гектаров огромного парка занимает Берлинский зоопарк — старейший в Европе. В центре парка, на площади Большой Звезды, собирается гей-парад, участники которого в другое время года рассеяны по здешним надежно-густым кустам и элегическим аллеям. Знатоки совершают прогулку по парку автобусом № 100, идущим по живописнейшему маршруту.

Сад Тюильри, Париж. Пустые, холодноватые дорожки этого старейшего парка «а-ля франсез» — старофранцузского стиля — излюбленное место всех фэшн-блогеров, точка пересечения всех маршрутов парижской Недели моды и лучший задник для сумасбродных босоножек Анны Делло Руссо и шуршащих кринолинов Ульяны Сергеенко.

Уэно, Токио. Самый посещаемый в городе парк называют весенним — особенно хорош он во время цветения сакуры. Здесь же, в Национальном музее, одно из зданий которого возвел Ле Корбюзье, — знаменитые виды Фудзиямы графика Кацусики Хокусая. В Токио есть и осенний парк — Йойоги, расцвеченный с сентября по ноябрь ярко-желтыми листьями деревьев гинкго.

Сады Боболи, Флоренция. К красивейшему парку эпохи Возрождения приложили руку Джордже Вазари и лучшие ландшафтные дизайнеры того времени: Триболо, Буонталенти и Амманати. В саду есть Кофейный домик, где можно выпить, возможно, самый дорогой эспрессо в административном регионе Тоскана.

Парк Гуэля, Барселона. Это живописное место — на самом деле и не парк даже, а первый в городе элитный поселок таунхаусов. В бизнес-плане его хозяина — богача, сына промышленника, графа Эусеби Гуэля — оказались пробелы: не все дома удалось продать. Один из ничейных — чтобы не снесли — пришлось купить его же автору, главному архитектору проекта Антонио Гауди. Имя Гауди в «титрах» спасло всю затею — и спустя полвека парк сделали памятником ЮНЕСКО.